Санкт-Петербург, Дворцовая наб. 18, тел./факс 8 (812)571-67-96  e-mail: ooa@archeo.ru

 

     
Проекты Главная > Проекты 2012 г. Подготовка исторической справки >

2013 г.

Археологические разведки

Археологические раскопки

Подготовка исторической справки

Археологический надзор

2012 г.

Археологические разведки

Археологические раскопки

Археологический надзор

Подготовка исторической справки

2011 г.

Археологические разведки         

Археологические раскопки      

Археологический надзор

 2010г.

2009г.

2008г.

   

Проведение научно-исследовательских археологических работ по теме: "Подготовка исторической справки на земельный участок, расположенный по адресу г. Санкт-Петербург, Малый пр.В.О., д.9, лит. А"

(выдержки из отчета)

Рассматриваемый участок расположен на Васильевском острове – районе, освоение которого началось одним из первых.

Начало освоения острова началось за несколько столетий до основания Петербурга. Согласно «Переписной окладной книге по Новгороду Вотской пятины» 1500 года, на «Васильевском острове» жили рыбаки, имелись пашни. К тому времени относится и первая фиксация его названия. Некоторые научные гипотезы производят его от имени Новгородских посадников Василия Селезня, Василия Казимира и Василия Ананьина. Есть версия и о происхождении названия от имени некоего рыбака Василия, одного из первопоселенцев острова. В XVII веке, когда остров являлся частью Швеции, он носил название Даммархольм (Даммар Гольм), что означает Прудовый остров. Вероятно, имелись ввиду пруды, образованные на притоках Смоленки. Сам же остров какое-то время принадлежал шведскому военачальнику Я. Делагарди, мыза которого располагалась на стрелке. Существовало и Финское название острова: Хирсисаари (Hirwisari) – Лосиный остров. Это название встречается на финских картах, в том числе на карте Ингрии 1704 года. В преобразованной форме оно встречается в документах как наименование селения Гирвизария, где до 1712 года жили лоцманы.

Как видно из исторических планов местности, в XVI-XVII вв. остров был освоен достаточно хорошо. Так на «Плане местности, занимаемом ныне С-Петербургом, снятом в 1698 году до завоевания ея Петром Великим» видно, что по острову проходят 2 дороги: одна вдоль северного побережья, вторая вдоль южного. По северному побережью расположены рыбацкие домики, а на стрелке острова изображена «рыбная тоня барона де-ля Барди». Во внутренней части острова значительная территория покрыта пахотными землями (рис.). Иная картина наблюдается на карте Ингрии 1704 года. Здесь несколько селений нанесены к северу от стрелки (рис.). По письменным данным известно, что к концу XVII века на острове находилось 10 крестьянских хозяйств, а на взморье стояли лоцманский дом и кабак.

Полномасштабное освоение острова началось после завоевания этой территории русскими в ходе Северной войны и основания Санкт-Петербурга. План устройства городского центра и назначение каждого острова Невской дельты изначально не были проработаны Петром I. Поначалу основное внимание царь уделял Петербургскому и Адмиралтейскому островам. Затем его заинтересовала высокая и сухая Московская сторона, где в 1712 году поселенцы начали получать участки под застройку. Но уже в 1714 году Петр отдал приказ прекратить строительство в этой части города, а участки для тех, кто подлежал переселению в Петербург, отводить на Выборгской стороне. К концу 1715 году у Петра возник план устроить центр города на Васильевском острове. В 1704 году царь подарил этот остров петербургскому губернатору А. Д. Меншикову, но в 1714 г. забрал свой подарок назад. В том же году французский военный инженер С. Лепинас выполнил фиксационный план острова.

Изначально освоение острова, при А. Д. Меншикове шло достаточно медленно. Очевидно, одной из первых построек является дворец самого Меншикова. Он зафиксирован на планах 1700-х гг. В том числе на плане «острова Петербурга и течения Невы до Ниеншанца». Строительство деревянного дворца Меньшикова, начавшись в 1704 г., закончилось только к 1710 году. До нас дошло несколько его описаний. А. И. Богданов писал: «Хоромы деревянные… были нарочитой величины, о двух жильях, у которых по сторонам было два флигеля». В 1711 году к дворцу был подведен канал. Автор описания Санкт-Петербурга 1710-1711 гг. сообщал, что «это приятный дом в итальянском стиле в два этажа с крыльям, построенный с немалыми расходами…У дома до сада прорыт канал, выведенный из большой реки, чтобы его светлость мог прямо из дверей выходить на судно».

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на плане города 2000-х гг. М 1:2000

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на плане города 2010-х гг. М 1:500

 

 

 

 

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на карте Ингрии 1704 года

 

То как выглядел Васильевский остров в конце владения им Меншикова, а именно к 1714 году можно узнать по «Плану острова его светлейшества господина князя Меншикова, составленному в 1714 г. Лепинасом». (рис.). Согласно чертежу почти весь Васильевский остров покрыт лесами и болотами, которые пересекаются многочисленными извилистыми дорогами и тропами. В центре острова берут начало две безымянные речки. Немногочисленная застройка сосредоточена на стрелке и вдоль набережных Большой и Малой Невы. На стрелке у самой воды расположены 4 ветряные мельницы. От стрелки начинается небольшая просека, вдоль которой нарисовано несколько линий домов в виде небольших прямоугольников, числом около четырех десятков. На набережной Невы изображено большое здание и рядом с ним церковь. Эта церковь расположена возле канала, прорытого к П-образной постройке, за которой начинается большой регулярный сад. Далее по набережной Невы нарисованы шесть построек, еще три – за просекой, начинающейся возле мельниц на стрелке. От центра большого регулярного сада берет начало прорубленная сквозь лес к заливу просека (будущий Большой проспект). В конце ее на взморье стоит еще небольшая постройка. На набережной отмечены еще около трех десятков домов, за некоторыми из них нарисованы сады. Здесь же находятся большие возделанные поля. Возле устья Смоленки изображен «скотный двор». Через речку и небольшой ее приток построены два моста. На левом берегу этой речки выше по течению стоят семь домиков, а за ними снова начинаются поля.

Таким образом, Васильевский остров в 1716—1717 гг. был еще мало застроен. Однако, в это время уже был решен вопрос о строительстве центра города на Васильевском острове, поэтому многие ранее выстроенные дома подлежали сносу, чтобы уступить место на берегу реки каменным домам знати. В 1717 г. на набережной Невы строились каменные дома П. Апраксина, царицы Прасковьи Федоровны, вице-губернатора Клокачева, генеральши Полонской, поручика Арсеньева, сибирского царевича. Переносу подлежали также и стоявшие на стрелке Васильевского острова лесопильные ветряные мельницы. По линии нынешнего Большого проспекта на Васильевском острове проходила широкая просека-аллея, в конце которой на берегу моря стоял деревянный дом с башней, служившей маяком подходящим к Петербургу кораблям. По берегу Малой Невы (нынешняя набережная Макарова) жили архитекторы, садовники и мастеровые князя Меншикова. Остальная часть Васильевского острова и в 1716—1717 гг. была еще в зарослях. По всей вероятности, решение строить центр города на Васильевском острове созрело у Петра в конце 1715 г. 4 ноября этого года на вопрос князя А. М. Черкасского, возглавлявшего Канцелярию городовых дел, где отводить место под застройку «купецким людям», Петр написал: «На Васильевском острову, а строения — мазанки или каменное». Это был первый указ о застройке Васильевского острова, за ним последовали и другие.

Уже с апреля 1716 г. основному населению города места под застройку отводились только на Васильевском острове. В том же году был составлен (по-видимому, архитектором Д. Трезини) проект застройки Петербурга; в этом проекте воплощалась любимая идея Петра — идея строительства города, прорезанного сетью каналов, наподобие амстердамских. Каналы должны были пересекать Васильевский остров по направлению его нынешних проспектов и линий. В следующем году архитектор' Ж. Б. Леблон составил новый проект планировки Васильевского острова, однако строительство продолжалось по чертежу Трезини. Вплоть до 1719 г. застройка Васильевского острова шла очень медленно, несмотря на то, что теперь этому вопросу уделялось правительством большое внимание. Поэтому, для того чтобы скорее осуществить намеченный план, было решено прибегнуть к мерам принуждения и сделать застройку Васильевского острова повинностью всей страны. По указу от 12 февраля 1719 г. обязанность строить дома на Васильевском острове была возложена на дворян (имевших свыше 40 крестьянских дворов) и купцов. Размер участка, отводившегося под застройку, определялся для дворян в зависимости от числа крестьянских дворов, которыми они владели, для купцов — в зависимости от величины тягла «с десятой деньги», которое они уплачивали в казну. Дворяне, владевшие 100—300 дворами, строили лишь мазанки или деревянные дома, а те, у кого было меньше 100 дворов, совсем освобождались от повинности строить дома в Петербурге. Этим же указом было разрешено тем из жителей, «которые бедны и не ожились», совсем уехать из новой столицы. Через несколько дней указом от 23 марта разрешалось выехать из Петербурга: дворянам, владевшим менее чем 100 крестьянскими дворами и не построившим еще себе дома, купцам, которые «торгами и прочим заводом не обзаводились» и домов в столице не построили. Те же купцы, которые подлежали обязательному переселению в Петербург, но до сего времени еще не переехали, вовсе освобождались от этой повинности. С 1719 г. начинаются особенно сильные «понукания» в отношении застройки и заселения Васильевского острова. Суть же указов 19 и 23 марта заключается в том, что правительство начало более реально смотреть на вещи. Бессмысленно было держать в Петербурге маломощных дворян, которые все равно не могли построить здесь домов, бессмысленно было требовать переселения в Петербург тех купцов, которые не сделали этого (очевидно, также по своей маломощности) в течение 5 лет (с 1714 по 1719 г.), несмотря на строгие напоминания об этом в указах от 27 апреля 1716 г. и 20 ноября 1717 г. И нельзя же также видеть серьезное послабление в разрешении петербургским жителям временно выезжать из Петербурга (на срок до 5 месяцев). Строгие царские указы о застройке Васильевского острова не достигали должного результата. Правительство постоянно напоминало об обязательной постройке домов в новых указах с новыми угрозами всевозможных кар ослушникам. Однако приходилось констатировать, что за местами для постройки домов «являютца немногие и места взяли под строение малое число». Таким образом, вторая волна принудительных мероприятий по застройке Петербурга (начавшаяся с 1719 г.) давала несомненно худшие результаты, чем первая. Не помогала и угроза конфискации поместий, и такие меры, как запрещение лицам, обязанным строиться на Васильевском острове, покупать себе дома в других частях города. 10 декабря 1720 г. была запрещена вообще всякая продажа домов на Васильевском острове «дабы каждая персона по указной должности, как прежними его величества указами публиковано, строились сами». От постройки домов на Васильевском острове не освобождались и те, кто уже имел дома в Петербурге в других частях города (если только эти дома не были каменные). Царскими указами 1718—1719 гг. предписывалось всем таким лицам немедленно переезжать на Васильевский остров, построив себе для этого на своих участках позади будущих домов временные «светлицы». Рассчитывая на то, что жить в таких светлицах будет неудобно, Петр надеялся побудить владельцев участков поскорее построить себе дома на Васильевском острове. Однако указы царя плохо выполнялись. В январе 1721 г. Петр предписал: сломать в апреле месяце кровли домов, принадлежавших ослушникам, и не разрешать крыть. Таких ослушников из числа жителей Адмиралтейского острова и Московской стороны оказалось 153 человека (среди них: князь

П. М. Голицын, Я. Брюс, купцы Строгановы и др .). В мае того же года генерал-полициймейстер донес, что многие лица выполнили царский указ формально: взяли дворовые участки на Васильевском острове, построили на них по две светлицы, а жить не переехали. Недостаточные с точки зрения правительства результаты, полученные при застройке Васильевского острова, объяснялись не только пассивным сопротивлением населения тяжелой повинности, но и нечеткой работой правительственного аппарата. Так, например, в списки застройщиков включались те дворяне, которые имели менее 100 дворов (т. е. не обязанные строить дома в Петербурге), лица, осужденные по суду, умершие и т. д. Шла длительная переписка между Петербургом и провинцией. К апрелю 1722 г. из общего числа 3295 участков была роздано под застройку лишь 400 (т. е. всего 12%), из которых на 1421/2  участках работа даже еще и не начиналась. Застроить весь Васильевский остров (все 3295 участков) было, разумеется, делом нелегким. Поэтому места для строительства отводились лишь в определенной части острова (по берегам Невы и будущих каналов). Число участков, которые намечались для застройки в первую очередь, менялось в зависимости от указаний Петра.

Так, например, в 1722 г. подлежало раздаче 13501/2 участков (между 1-й и 24-й линиями), в 1726 г. — 1758 участков. За 8 месяцев 1722 г. (с апреля по декабрь) число розданных под застройку участков увеличилось более чем на 160 (с 400 до 5611 / 2), в то же время число застроенных участков и тех, на которых шла работа, возросло лишь на 113 (с 2571 /2 до 3701 / 2). Застройщики брали участки, но работ многие из них не начинали. Там же, где строительство было начато, оно шло далеко не такими темпами, как того хотело правительство. За один год с декабря 1721 по декабрь 1722 г. на Васильевском острове было роздано под застройку 186 участков, а построено домов лишь 124. В 1721 г., по свидетельству Берхгольца, на Васильевском острове было уже много больших зданий, но застройка тянулась только по берегу Невы. Стремясь возможно быстрее создать город на Васильевском острове, правительство Петра прибегало к чрезвычайным мерам. 5 марта 1723 г. было отдано распоряжение выслать в административном порядке в Петербург всех ослушников указов о застройке Васильевского острова. Взамен того, кто находился в дальней отлучке, подлежали высылке его дети. Было установлено, что дворяне, владевшие 3500—5000 душами крестьян, обязаны строить каменные дома на участке шириной 10 сажен, при 2500—3500 душах крестьян ширина участка уменьшалась до 8 сажен, при 1500—2000 — до 5 сажен. Владельцы 500—1500 душ крестьян строили мазанки или же деревянные дома. Купцам полагалось построить 50 больших каменных домов (каждый на участке шириной 10 сажен), причем Магистрат должен был распределить эту повинность между купцами. Все работы требовалось закончить в 1726 г. Однако и эти указы не дали того результата, какой хотело бы иметь правительство. В 1726 г., т. е. через 7 лет после начала интенсивной застройки Васильевского острова, положение оставляло желать еще много лучшего. Больше половины всех участков  еще не было даже роздано под застройку, на розданных же участках закончено лишь 467 домов (26.5%), из которых более 75% составляли дома деревянные. Таким образом, план Петра был далек от завершения. Лишь на набережной Невы и поблизости от реки стояли законченные дома, в глубине же острова положение было гораздо хуже. Состояние застройки Васильевского острова в 1725 г. хорошо обрисовано в «Дневнике» Берхгольца. По словам Берхгольца, на Васильевском острове «воздвигнуто уже большое количество прекрасных каменных домов, особенно вдоль по берегу Невы, и этот ряд строений необыкновенно живописно бросается в глаза, когда едешь вверх по реке из Кронштадта. Но большая часть этих домов внутри еще не отделана... улицы хотя уже проведены, но до сих пор, кроме больших, идущих по берегу, еще мало застроены, только там и сям стоят отдельные дома, но и они со временем большей частию будут снесены. Кроме князя Меншикова и некоторых других, еще немногие из здешних вельмож живут на этом острове, потому что владельцы его имеют места и в других местах города». Примерно так же охарактеризовано состояние застройки Васильевского острова в указе от 9 октября 1732 г.

Таким образом, Петру не удалось осуществить свою мечту о создании центра города на Васильевском острове. Строгие, бесконечно повторявшиеся в течение 6 лет (с 1719 по 1725 г.) указы не дали желательного результата. Неудобство расположения города на острове при отсутствии постоянных мостов через Неву было слишком очевидно. Если представители знати, подчиняясь настоятельным требованиям Петра, вынуждены были строить дома на Васильевском острове, то сами они, как хорошо подметил Берхгольц, продолжали жить в других частях города. Другие категории населения испытывали еще меньшее желание жить на Васильевском острове.

Население острова в первой трети XVIII века составляли дворяне и купцы, которым по царским указам надлежало вести здесь строительство. Одной из первых появилась улица «механиков, художников и архитекторов», прибывших из Франции специалистов и мастеровых людей, известная как Французская слобода. Она располагалась между 2-й и 3-й линиями и была снесена во второй четверти XVIII века.

Наличие государственных, научных и учебных учреждений на острове обусловило возникновение слоя жителей из служащих коллегий, ученых и персонала Академии наук, преподавателей горного и обоих военных корпусов, Академии художеств и др. заведений. Поэтому средний уровень грамотности Василеостровских семей оказался выше, чем в других частях столицы.

К середине XVIII века стала явной невозможность сохранить административный центр столицы на Васильевском острове из-за его изолированности. Усиленно застраивалась левобережная, материковая сторона; там и формировался центр города. А для острова утрата прежней роли обернулась сужением масштабов строительства. В 1767 году был утвержден план разделения его территории на городскую часть, предместье и пригород. Граница города пролегала между 12-й и 13-й линиями. Предместье охватывало остальную застроенную часть по 12-ю линию, тяготеющую к берегу Большой Невы, и Галерное селение. Однако в конце XVIII века большую часть территорий вернули в городскую черту, а в 1808 году присоединили и Гавань.

В первые десятилетия XIX века возросло каменное строительство на острове. Двух и даже трехэтажные дома появились не только на набережной большой Невы и на 1-й линии, но и за Малым проспектом. Вместе с тем деревянная застройка все еще была основной на большинстве линий и проспектов. Она представляла собой одноэтажные, реже двухэтажные дома с жилыми флигелями, служебными строениями и сараями. В глубину участка тянулись сады и огороды. Как каменные, так и деревянные дома сдавались внаем, но чаще съемщикам предоставлялись квартиры или комнаты. Только в 1830-х годах стали появляться первые «доходные дома», построенные специально для сдачи квартир.

Незастроенными оставались огромные территории – между большим проспектом и Смоленским кладбищем, Портовое поле – севернее Галерного селения и западная часть острова Голодай.

Во второй половине XIX века Стрелка и набережные стали тесны для морского порта в условиях стремительно возрастающих объемов торговли и промышленного производства. С 1880-х годов портовые службы стали переезжать на Гутуевский остров (нынешний Кировский район). А на Васильевском вплоть до революции оставались Фондовая биржа, Министерство торговли и промышленности, ряд финансовых учреждений. Те здания, которые освободились перешли к Академии Наук. Остров стал местом жительства большинства крупных ученых, научным и учебным центром столицы.

Быстро формировались промышленные зоны. В Чекушах – кожевенное и текстильное производства, Балтийский судостроительный и Кабельный заводы. В промышленный пояс Смоленки и Малого проспекта вошли Трубочный завод, электромеханический Сименса и Гальске, Подковный, ряд чугунолитейных, белил и красок.

В пореформенный период, когда начало быстро увеличиваться петербургское население, строительство на всех распланированных территориях ускорилось. Подошла очередь окраин. В 1878 году был утвержден проект прокладки на Голодае, имевшем лишь два переулка, новых Железноводской и других улиц. План урегулирования Петербурга 1880 года предусматривал продление Малого и Среднего проспектов, нескольких линий по Смоленскому полю, расширение и продление улиц в Гавани.

В 1866 году Василеостровская часть, разделенная прежде на шесть кварталов, была поделена на три полицейских участка.

Строительный бум 1890-1910 гг. принес с собой шести-семи этажные доходные дома, значительно изменившие облик проспектов и улиц, особенно за шестой линией. Высота застройки регламентировалась строительными правилами, ограничивающими высоту зданий размерами ширины проезда, поэтому при плотной застройке некоторые улицы получали почти единую горизонталь. Особенно это заметно на Среднем проспекте, 12-й и 17-й линиях.

В начале XX века в западной части острова Голодая распланировали ряд магистралей и возвели на них первые жилые здания. Помимо освоения пустынных земель, активно шел процесс уплотнения застройки. На участках исчезали огороды и садики, вместо них строились многоэтажные дворовые флигели, образовывались узкие дворы.

В советское время реконструкция затронула в основном рабочие окраины. Жилые массивы появились на острове Декабристов, на 18-й и 22-й линиях. Важным градостроительным звеном стал Дворец культуры им. С. М. Кирова, возведенный на бывшем Смоленском поле.

В 1948 году закончилась разработка нового градостроительного плана развития Ленинграда. В отличие от генерального плана 1936 года, намечавшего освоение приморских территорий преимущественно под парки, новый проект  предусматривал жилую застройку в сторону моря, ставил Васильевский остров в ряд перспективных районов новостроек.

Целые кварталы создавались в Гавани, где было разрушено более ста тысяч квадратных метров жилого фонда. Тогда же в конце 1940-х – начале 1950-х гг, Большой проспект реконструировался как Парадная магистраль: свободные участки застраивались монументальными пяти-семи этажными домами по индивидуальным проектам.

История существующих строений на рассматриваемом участке и смежных территориях

Дом № 5 по Малому проспекту – самый старый на Малом проспекте. Он построен в середине XVIII века для И. Р. Чиркина, сына крупного серпуховского купца Р. С. Чиркина. Эта семья оставила заметный след в истории Васильевского острова: в основном на их средства была воздвигнута церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на четной стороне Малого проспекта между 7-й м 8-й линиями. В 1858-1864 гг. архитекторы А. В. Ильин и В. Е. Стуккей расширили и надстроили дом третьим этажом. В 1870 году здесь останавливался перед своим путешествием к берегам Новой Гвинеи знаменитый путешественник, этнограф и антрополог Н.Н. Миклухо-Маклай. Дом № 7 строился тоже в 2 этапа. В 1857 году на старой половине участка взамен деревянного возвели двухэтажный каменный дом. В 1899-1900 гг. архитектор В. А. Демьяновский надстроил его до четырех этажей и продлил до границы с № 9.  

Узкий участок № 9 по Малому проспекту до последней четверти XIX века имел только деревянные строения. В 1884 году гражданский инженер Н. Г. Кудрявцев построил каменный одноэтажный флигель, выходящий узким, всего в четыре окна, фасадом на проспект. Первоначально на месте двух окон были входы в торговые помещения. На месте деревянного лицевого дома была построена каменная ограда, отделяющая двор от Малого проспекта.

В этом доме в 1898 году трехкомнатную квартиру снимал штабс-капитан Л. Г. Корнилов – в будущем главнокомандующий русской армией в 1917 году и крупный деятель Белого движения.

Соседний участок - № 11/57на углу с 4-й линией в первой половине XVIII века был занят острогом Воеводской канцелярии. В середине столетия острог перевели, а его территория перешла в частные руки. К началу XIX века был возведен каменный одноэтажный дом на углу. В 1860-х гг. помещения во дворе были арендованы для небольшой фабрики малахитовых изделий Я. Стюнци. В 1880-х гг. архитектор В. Ф. Розинский надстроил дом вторым этажом, в 1892 году появился третий, а в 1903 году – четвертый этаж.

 

Участок на исторических планах Санкт-Петербурга

Одним из наиболее важных источников по истории застройки Санкт-Петербурга являются исторические планы. На наиболее ранних планах, относящихся к допетровскому времени территория участка покрыта лесом, а постройки, дороги и др. объекты отсутствуют (рис.). Наиболее подробным планом 10-х гг XVIII века является план Лепинаса, созданный в 1714 году. На этом плане примерно на месте участка изображено поселение, состоящее, из 15, по-видимому, из деревянных небольших строений (рис.). Строения изображены и на «Палибиной гравюре» 1716 года (рис.).

Для планов второй половины 10-х гг. - 20-х гг. XVIII века характерно изображение не реальной застройки Васильевского острова, а проектной, созданной Д. Трезини. На этих планах, в частности плане Хоммана, территория участка показана как застроенная и расположенная на углу двух пересекающихся каналов. Однако, в большинстве случаев, проектная застройка не получила претворения в жизнь (рис.).

Одним из наиболее подробных планов Петербурга 30-х гг. XVIII века является «Санкт-петербургский план 1738 года», составленный И.Б Зихгеймом. Ценность этого плана заключается еще и в том, что он относительно точно отображает топографическое положение улиц и зданий. На этом плане рассматриваемый участок расположен к северо-западу от жилого массива из небольших деревянных домов. На северной части территории расположено большое деревянное здание, возможно, скотный двор или амбар. Малый проспект к тому моменту еще не был проложен, а вот каналы, прорытые по 4 и 2 линиям обозначенные как существующие (рис.).

Иную картину мы видим и на Академическом плане 1753 года. К тому моменту уже был проложен Малый проспект (на плане он называется «Третiя Першпектива»).

Четвертая и Пятая линия на плане уже продлены на Северо-восток за Малый проспект, а на северной части территории, как и на предыдущем плане обозначено большое деревянное строение (рис.).

В середине XVIII века к северо-востоку от исследуемого участка возводят первое каменное строение в окрестностях – дом И. Р. Чиркина (№ 5). Впервые он фиксируется на плане Сент-Илера в 1767 году. Здесь он изображен как классическое для Петербурга того времени каменное здание (рис.). Непосредственно на месте участка на данном плане изображен пустой огороженный двор. На плане 1776 года - идентичная картина с той лишь разницей, что на месте каналов здесь изображены улицы (рис.).

Подобная картина сохраняется до начала XIX века, и впервые изменения фиксируются на плане Шуберта 1828 года. Здесь одноэтажное каменное здание появляется также и к юго-западу от участка № 9 – на угловом участке с четвертой линией. На самом участке нарисованы 2 небольших деревянных здания, выходящие фасадами на Малый проспект (рис.).

В атласе Санкт-Петербурга, составленном Н. Цылоым в 1849 году, на участке вовсе не обозначено строений. Но сам участок отделен от проезжей части забором. На этом же плане обозначен и владелец участка – Копылова (рис.).

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9.

Участок на «Академическом плане»

1753 года

 

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О.

д. 9. Участок на «плане Сент-Илера» 1738 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на плане Санкт-Петербурга

1776 года

 

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О.

д. 9. Участок на «плане Фитцтума» 1821 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «плане Шуберта» 1828 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «атласе Цылова» 1849 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на плане 1698 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «плане Леппинаса» 1724 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «Палибиной гравюре» 1716 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «плане Хоммана» 1717 года

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Участок на «Академическом плане»

1738 года

 

 

Участок на архивных планах ЦГИА СПб

Наиболее ранний план участка, хранящийся в Центральной Государственном архиве Спб, относится к 1840-м годам. План называется «Планы, разрезы и фасады дворницкой и навеса, предполагаемых к постройке во дворе купеческой жены Натальи Копыловой» (ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.1-2). На плане в юго-восточном углу территории изображен деревянный дом на каменном полуподвале и пристроенный с севера к нему навес . Были ли в действительности возведены постройки, установить по архивным данным нельзя.

Следующий документ, относящийся к участку – «План двора Вдовы Коллежского Секретаря Татьяны Яковлевны Шишкиной Васильевской части 2-го участка под № 9» (ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.3об). На плане изображена периметральная застройка двора деревянными строениями. Лицевая часть участка, выходящая на Малый проспект в основном не застроена, кроме юго-восточного угла (рис.).

Очередная перестройка на участке произошла в 1876 году. В этот год были снесены ветхие деревянные строения, обозначенные на рис. 18 «#», а на их месте возведен деревянный одноэтажный флигель, обозначенный на рис. Лит «А» (ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.5об.

Несколько серьезных перестроек происходят на участке в 1884 году. Во время первой из них вдоль западной границы участка были уничтожены несколько деревянных строений, а на их месте построены «каменные одноэтажные конюшни с основаниями» на 24 стойла ((ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.8, 8об), (рис., конюшни обозначены лит. «А»). В том же году на участке согласно разрешению Городской управы был построен «каменный лицевой одноэтажный дом на нежилом подвале», сохранившийся до недавнего времени ((ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.11, 11об, 12) (рис., Лит «А», рис.). Одновременно с этим на участке были уничтожены несколько деревянных строений. В том же году в северо-западном углу и на восточной границе участка были возведены несколько каменных сараев (рис., Лит «А», «В» и «Д») (ЦГИА СПБ, Ф. 513, оп. 102, д. 2146. Л.13об).

 

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка 1840-х годов. ЦГИА СПБ. Ф513.Оп.
102. Д. 2146. Л. 2

Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. Фасады и разрезы строений на участке в 1840-е годы. ЦГИА
СПБ. Ф 513. Оп. 102. Д. 2146.

Л. 1

 

 
  Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка в 1876 году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп.
102. Д. 2146. Л. 3об
Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка в 1876 году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп.
102. Д. 2146. Л. 5об
Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка в 1884 году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп.
102. Д. 2146. Л. 8об
 
  Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка в 1884 году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп.
102. Д. 2146. Л. 11об
Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План, разрез и фасад дома, построенного на участке в 1884
году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп. 102. Д. 2146. Л. 12
Санкт-Петербург, Малый пр. В. О. д. 9. План застройки участка в 1884 году. ЦГИА СПБ. Ф 513. Оп.
102. Д. 2146. Л.13об
     

наверх

 

© ООА ИИМК РАН, 2010. Все права защищены. Последнее изменение: 07.10.2013